Зона внимания
От выхода из Владивостока до финиша в Южно-Сахалинске нужно закладывать не меньше недели. Казалось бы, от гребешков Приморья до крабов Сахалина рукой подать, но маршрут будет сложным, все-таки фронтир со всеми вытекающими. Северная группа островов — от мыса Ломоносова через остров Рикорда до мыса Сысоева — сравнительно доступна и не требует спецразрешений. Бросив якорь на Рикорда, можно совершать выходы до Пахтусова, Желтухина, Верховского и других островов. Дальше к югу понадобятся разрешения от пограничной службы. Учитывайте и режим заповедных зон, их много как на побережье, так и на островах. Например, остров Большой Пелис находится в охранной зоне и его надо огибать, уходя далеко в море. Но подобрать альтернативу можно всегда. Скажем, дойти до мыса Гамова и несколько дней обследовать окрестности на обратном пути в бухту Витязь.
Не хочется корпеть над картами глубин самому — добро пожаловать на борт «Профессора Хромова». Судно ледового класса фрахтуют под эгидой Русского географического общества коллеги из Vasta Expeditions. От яхт оно отличается большей остойчивостью, вместительностью и широкими возможностями для отдыха на борту, но вполне сопоставимо по уровню комфорта, который удовлетворит даже туристов, далеких от спартанского экспедиционного задора. На судне может расположиться до 46 гостей, есть пять категорий кают, от «стандарта» до «люкса», два ресторана, бар, библиотека, лекционный и кинозал, сауна, медицинский кабинет.
Продуманность важна во всем, только она примиряет со многими сюрпризами Японского моря вроде накатной волны. Поэтому к лоциям здесь следует относиться с полным вниманием, не полагаясь на интуицию. Неустаревающая классика — атлас, выпущенный гидрографической службой Тихоокеанского флота. Он пригодится не раз ввиду сложного рельефа дна. Многие из островов некогда являлись частью суши; сегодня прикрытые водой перешейки сигнализируют, что дальше и глубже скрываются русла древних рек. Кстати, первые промеры глубин в этом районе делали офицеры-гидрографы российского императорского флота, многие из которых были членами Императорского Русского географического общества.
Исследуем
Дальневосточная погода славится непостоянством, но если повезло выйти в море после циклона, муссонный климат покажет себя с лучшей стороны.
Загар ложится так же прочно, как западают в память лекции «с погружением» от сотрудников Лазовского заповедника, без которых вход на территорию запрещен. Такое не забудешь — теперь мы знаем об амурском тигре намного больше. Вы готовы пройти по тропе, которую в нацпарке «Зов тигра» придется делить с хищником, оценивая размеры свежих задиров на даурских березах? С 2013 года по инициативе РГО для восстановления популяции действует центр «Амурский тигр». За краснокнижником ведется пристальное наблюдение с помощью фотоловушек и GPS-ошейников. Сегодня в этой части Приморья обитает каждый шестой из учтенных уссурийских тигров.
Лазовский с его суровым побережьем, кедровыми лесами и горными реками — Приморье в миниатюре. Добраться сюда уже приключение, но оно того стоит. В воздухе пахнет хвоей и морем, тишина нарушается лишь пением птиц и шелестом листьев. Здесь забываешь о цивилизации и погружаешься в мир первозданной природы. Маршруты проходят по живописным тропам, где можно увидеть редкие растения и животных. Шанс встретить уссурийского тигра, конечно, невелик, при некотором везении вам попадутся его следы на земле, но даже осознание того, что где-то рядом бродит этот величественный хищник, добавляет адреналина.
Снимаем
Трудно заставить себя уйти с палубы в каюту. Это кино можно смотреть вечно: еще недавно мы проходили под вантами моста в бухте Золотой рог и видели в деле главный талисман Владивостока, маяк Токаревского (он указывает путь судам в узком Босфоре Восточный) — и вот всего несколько часов спустя сравниваем его с не менее фотогеничным маяком Брюса в бухте Славянка. По соседству расположена единственная в мире морская платформа для запуска спутников на орбиту.
Плотность впечатлений на морскую милю нарастает. Остров Аскольд, видимый в бинокль, ощетинился довоенными пушками, блестит купол часовенки. Во время высадки можно убедиться, что старый поворотный механизм орудия береговой обороны до сих пор в полной исправности. Приятно пахнущий смолой сруб, осененный архангелом Михаилом, появился недавно. Остров долгое время был военной базой, и ее следы видны повсюду: полуразрушенные казармы, бетонные укрепления… Но это еще не все. На Аскольде сохранились остатки старинного поселения, где жили золотодобытчики. Здесь можно увидеть заброшенные шахты и руины домов, напоминающие о золотой лихорадке, охватившей остров в XIX веке.
Вглядываемся и прислушиваемся
Остров Унковский — небольшой, почти необитаемый клочок суши в заливе Петра Великого. На картах он выглядит скромно, но вблизи впечатляет дикой красотой и ощущением заброшенности. Главное, что завораживает на острове — его безмолвие. Он кажется застывшим во времени. Здесь нет шума машин, толп туристов и навязчивой рекламы. Только шум прибоя, крики чаек и тихий шелест травы на ветру.
Берега Унковского изрезаны скалами, о которые живописно разбиваются волны. На камнях греются тюлени, невозмутимо взирая на редких посетителей. На острове сохранились остатки старых маяков. Флора Унковского скромна, но по-своему красива. Низкорослые кустарники, травы и цветы устилают каменистую почву сплошным ковром. В воздухе витает аромат моря и диких трав.
Лежбища сивучей видны невооруженным глазом. По мере приближения зодиаков к темным от прибоя камням светлые пятнышки морских львов обретают голос. Да какой! В брачный период сивучей лучше не беспокоить, но с началом лета гостей ждет благодушный усатый рев, терпкий рыбный дух и полная готовность позировать дайверу с фотокамерой. В воде мнимую неуклюжесть корпулентных животных снимает как рукой: понимаешь, почему их считают морскими хищниками. Завидев сивучей, малые полосатики опасливо обходят их стороной, а ларги умеряют свое природное любопытство.
Удивляемся
Заповедный и мистический остров Петрова — естественный ботсад, который насчитывает свыше 400 видов растений, с зеленым морем единственной в мире островной тисовой рощи. Святилища здесь устраивали начиная с неолита и заканчивая средневековыми бохайцами. До сих пор тайны острова не отпускают: удивительными знаками проросли (были высажены?) тысячелетние деревья, есть три источника с живой и мертвой водой, а точный возраст ядовитых тисов не могут определить. Археологические экспедиции, которым здесь разрешается только расчищать, но не копать, поставили много вопросительных знаков вперемешку с восклицательными.
После очередного ночного перехода восхищает строгой эстетикой маяк Балюзек. Достопримечательность бухты Владимира охраняет головокружительную по красоте и в прямом смысле слова видовую тропу, проходящую по кромке отвесных скал. Награда за преодоление — спуск в укромную бухту и пляж, где кроме круизеров нет никого.
И — апогей путешествия — на горизонте Монерон! Изумрудный остров, про который в двух словах не расскажешь. Надо там побывать и видеть все своими глазами, а летом, когда вода теплая — дайвить и снорклить в самой прозрачной морской бухте России.
Финишируем
Сахалин, порт Корсаков. Даже если на пребывание в Южно-Сахалинске у вас отведены всего одни сутки, не стоит лишать себя двух вещей. Во-первых, прямо в городской черте находится уникальный горный курорт. Подняться, отметить в памяти день, обозреть. С открытием комплекса шале у подножия тут панорамно, респектабельно и нескучно круглый год. Второе — заслуживает визита Сахалинский краеведческий музей в здании японской постройки 1930-х годов стиля «тэйкан-дзукури» («императорская корона»), подражающем средневековым замкам, и сад вокруг. О сокровищах музея, большая часть которых результат экспедиций РГО, умолчим, интригуя. Часа три закладывать, не меньше, и обещать себе вернуться.
